С Хот-Феста, по заявке "Darker than Black. Мисаки | Хей. Любимая звезда на лживом небе".
Первый (559 слов)Всего лишь вторая их встреча со дня знакомства в отеле Ван Шао Тана.
А может, и не вторая. Неужели всё-таки ВК-201?..
– Не двигайтесь. У меня револьвер, нацеленный вам в голову.
Кирихара-тайчо замерла на мгновение. Ошарашенно моргнула. И разразилась весёлым хохотом – наверняка её подчинённые даже вообразить не могли, как искренне, звонко, заразительно умеет смеяться их обычно серьёзный и строгий шеф.
– Совершенно неубедительно!
– Разве?..
– Абсолютно, – Мисаки запрокинула голову и не видела, как её спутник с выражением великого уныния снимает зёрнышко риса, прилипшее к щеке. И как потом на его лице появился едва заметный намёк на улыбку – впервые за очень долгое время.
Нет. Не ВК-201. Ли-кун.
– Чем дольше выслеживаю преступника, тем интереснее он мне становится.
Этим вечером детектив разговаривала с едва знакомым ей человеком так, словно знала его давным-давно. И в ответ на сокровенное услышала много правды. Большую часть которой по-настоящему разгадала только на следующий день, день Токийского Взрыва.
Мисаки даже не пыталась убедить себя в том, что мчится по залитым солнцем улочкам ради поимки опасного контрактора и движет ею один упомянутый профессиональный интерес. Но какими бы ни были мотивы лейтенанта, ВК-201 остался неуловимым.
Когда пришёл приказ о её переводе на Хачиджо, сильно расстроилась Ооцка, громогласно хором возмутились Сайто и Коно, мрачно поджал губы Матсумото-сан. Кирихара – теперь уже не их тайчо – совершенно спокойно читала официальную бумагу, гласившую, что столь образцовый и квалифицированный сотрудник совершенно необходим для усиления штата крохотного островного отделения. Что ж, возможно, хоть там окутывавшая её паутина лжи чуть-чуть ослабнет.
Вещей, взятых в дорогу, было всего ничего. Много ли нужно ссыльному офицеру? Во всей поклаже насчитывалась лишь одна по-настоящему ценная сумка, и её Мисаки бережно прижимала к себе всю дорогу. Как знать, получилось бы за 300 км от Токио найти замену своему телескопу, буде тот вдруг вышел из строя?
Это уже стало привычкой. Кирихара не могла лечь спать, не посмотрев cперва на звёзды. Остров был настолько невелик, что ночное небо здесь оставалось неподсвеченным, тёмным, чернильно-синим. Таким же, как глаза контрактора, чью звезду Мисаки научилась за считаные секунды находить и отличать от тысяч других.
Каждый раз, когда женщина видела яркий росчерк метеорита, сердце её сжималось от страха. Каждый раз, когда небо надолго заволакивали тяжёлые непроглядные тучи, она мучилась от тревожной бессонницы.
Канами знала, сочувствовала, пыталась приободрить и отвлечь. Чем дальше, тем чаще вздыхала: «Хранить верность звезде… Хм, не хочешь найти кого-нибудь поближе?».
Лучшие друзья порой способны ранить очень больно.
Погасла. Мисаки вздрогнула, отстранилась от телескопа. Подняла взгляд к небесам – будто надеялась, что астрономический прибор её обманул, что она своими глазами сможет разглядеть символ жизни контрактора с Мессье-кодом ВК-201.
Домой она вернулась лишь на рассвете.
Офицер прекрасно помнила, что ранним утром начальницу обсерватории лучше не тревожить. Однако не сдержалась и всё-таки позвонила Канами. Да толку-то…
Интуиция детектива едва ли не в репродуктор кричала, что от Кобаяши Горо в частности и таинственного 2-го отдела в целом нельзя ждать ничего хорошего. Раз в деле замешан Синдикат, быть беде. И неизвестно, сколько кругов обмана придётся преодолевать на этот раз.
– ВК-201 не умер.
Пара слов – и все логические доводы, опасения и подозрения разлетелись на тысячу мелких осколков. Кирихара не задумывалась о том, почему ей это сказали, почему пришли именно к ней. Оборвала звонок Сайто. И вернулась в тот город, где так часто идёт дождь.
К тому, что её используют, Мисаки была готова. К тому, как, – нет. Женщины действительно приносили Чёрному Шинигами одни беды… Особенно те, которые его любили.
И всё-таки, не начало конца. А просто начало.
Второй (493 слова)– Желали бы увидеть настоящие звёзды?
– Скорее, поделиться ими с кем-нибудь.
– Невозможно, пока горят эти. Хотите, чтобы они исчезли?
– Нет.
– Всего лишь подделки.
– Но если они погаснут, тоже станет грустно…
Спустя несколько минут завибрирует срочным вызовом телефон и «свидание» подойдёт к концу.
Спустя 17 часов случится Токийский Взрыв.
Сутки – будет проведён первый допрос Хорая Ёсимицу. Безрезультатный. Впрочем, ещё немного времени – и потерявший надежду, ненужный более Синдикату человек с потухшим взором начнёт рассказывать. Крайне подробно, лишь бы отвлечь внимание от своих старых дел. И выяснится, что лейтенант четвёртого отдела МИДа по обеспечению общественной безопасности знала в лицо Чёрного Шинигами, окликала его (пусть по фальшивому имени), не могла выстрелить. А тот её спас – в который уже раз – и, послушавшись, не убил самого Хорая. Через 2 года об этой информации вспомнят вновь. За минувшие месяцы Мисаки успеет убедиться, что «грустно» – неподходящее слово, когда исчезают даже не все, а одна-единственная, зато самая дорогая звезда.
Приказ: задержать любой ценой, стрелять на поражение, если потребуется. У Кирихары по этому поводу своё мнение.
Жителей эвакуировали заранее. До Врат оставалось всего несколько районов. Синий «Порше» на предельной скорости мчался туда, где столпом поднимался дым и мелькали вспышки выстрелов.
Бросившая машину позади (обломки мешали проехать) и догнавшая их детектив считала себя готовой к любым неожиданностям, но… Пёстрая компания. Июль безэмоционально кивнул в знак приветствия. Белка в красном шарфе удивлённо хмыкнула. Рыжеволосая девочка с огромным противотанковым ружьём вообще не обратила внимания – её оружие как раз рассыпалось розовыми лепестками. Однако Мисаки было не до того – напротив стоял человек, чья звезда была для неё символом надежды все эти годы.
Хэй резко отдёрнул руку – и трос, рефлекторно выпущенный из его рукава мгновением ранее, просвистел мимо, не задев шеи женщины. Контрактор метнулся вперёд; прежде, чем Мисаки успела понять, что происходит, сорвал с её плеча сумку, размахнулся… Далеко заброшенная поклажа не успела коснуться земли, когда спрятанный в ней механизм детонировал. Словно в ответ раздался ещё более оглушительный взрыв. Волна от него едва не сбила с ног. Вот и нет больше синего «Порше». По счастью, и автомобиль, и сумка оказались достаточно далеко от цели.
– Опять.
На измождённом лице Чёрного Шинигами была написана холодная ярость. В глубине его глаз то вспыхивали, то гасли едва заметные красные искры.
– Они наблюдают, – сила Врат вкупе с осколком метеорита отражались и на медиуме: Июль видел-ощущал-чуял так отчётливо, как никогда раньше.
Стальными тисками сомкнулись пальцы ВК-201 на предплечье детектива.
– За мной, – коротко бросил Хэй детям и, не оборачиваясь, сорвался в бег, увлекая за собой ошарашенную Мисаки. Балласт. Наверняка со скрытым маячком слежения, о коем сама не знает. Но если оставить её здесь, она вновь станет невольным оружием в руках врагов. Или, при самом благоприятном исходе, лишится воспоминаний. За последние года – ради безопасности организации, за всю жизнь – в качестве наказания… Синдикат на это способен. И тогда даже глава безопасности государственной полиции Кирихара Наоясу не сможет помочь дочери.
Преследовать контрактора опасно. Любить его – смерти подобно.
Рациональное контракторское мышление безапелляционно: чтобы человека не могли использовать против тебя, его надлежит убить.
К чёрту такую рациональность.
Врата Ада уже совсем близко.